Дом Кушникова

Участок и строения

Участок, включающий дома №5 по Моховой и №16 по Гагаринской улице, в XVIII веке простирался между двумя улицами. Первым известным владельцем был адьютант графа Миниха Гаврила Резанов, позже участок переходил к различным владельцам, среди которых придворный келлермейстер И.М. Гудимов, купеческая вдова Каролина Вартман, семья Кандалинцевых и сенатор С.С. Кушников.

В 1836 году на стороне Гагаринской улицы построили трехэтажный каменный дом, который Бибиковы сдавали внаем. Архитектурный облик здания характерен для классицизма: строгие формы, симметричный фасад, арочный проезд во двор, над которым расположен балкон. Сам Д.Г. Бибиков и его супруга Софья Сергеевна Бибикова (Кушникова) проживали в доме на Моховой.

Салон Карамзиных

Литературный салон Карамзиных, располагавшийся в этом доме, был одним из самых значительных культурных центров Петербурга XIX века. Его хозяйками были Екатерина Андреевна и Софья Николаевна Карамзины вдова и дочь выдающегося историка и писателя Н. М. Карамзина. Здесь собирались известные литераторы, музыканты и художники, обсуждались литературные и общественные вопросы.

Особенно тесно с этим местом связано имя М. Ю. Лермонтова. Впервые о нём здесь заговорили после гибели Пушкина, когда стало известно его стихотворение «На смерть поэта». После возвращения из первой ссылки в 1838 году Лермонтов познакомился с Карамзиными и стал частым гостем их салона. Он чувствовал себя здесь свободно, находя поддержку и понимание среди близких по духу людей. В этом доме Лермонтов написал Смирновой-Россет: «Без вас — хочу сказать вам много, при вас — я слушать вас хочу...» Здесь им сложены строки в честь Евдокии Ростопчиной: «Я верю: под звездою мы с вами были рождены...»

Последний раз у Карамзиных Лермонтов был 12 апреля 1841 г. Он хотел попрощаться с друзьями перед ссылкой на Кавказ. Екатерина Андреевна, словно предчувствуя вечную разлуку, решила устроить прощальный вечер и пригласила на него только самых близких друзей. Растроганный вниманием и любовью окружающих, Лермонтов, стоя у окна и глядя на тучи, плывущие над Летним садом и Невой, неожиданно прочитал только что набросанное стихотворение:

«Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную…»

Когда он закончил чтение, глаза его были полны слез.

Первый биограф М. Ю. Лермонтова Павел Александрович Висковатый, со слов графа В. А. Соллогуба, записал любопытный эпизод, происшедший на том вечере. После прощального ужина Лермонтов уронил кольцо, взятое у Софьи Николаевны, и, несмотря на поиски всего общества, несмотря на то, что многие слышали, как оно катилось по паркету, его найти не удалось. Это посчитали дурным предзнаменованием.

Среди пришедших проститься с Лермонтовым были Василий Андреевич Жуковский и вдова А. С. Пушкина Наталья Николаевна, которая после возвращения из калужской усадьбы Гончаровых Полотняный Завод часто посещала Карамзиных. По воспоминаниям дочери Натальи Николаевны от второго брака с П. П. Ланским Александры Петровны Араповой, записанных со слов матери, в тот вечер Наталья Николаевна и Лермонтов много и дружески беседовали и договорились о новых встречах.

Но Лермонтову не суждено было вернуться в Петербург.

Общество народных университетов

Последним владельцем дома № 16 перед революцией был выдающийся петербургский архитектор и общественный деятель Николай Всеволодович Дмитриев. Он сыграл важную роль в развитии народного образования, став председателем Общества народных университетов, которое размещалось в этом же доме.

Идея народных университетов, зародившаяся в Европе в XIX веке, приобрела популярность и в России, несмотря на сопротивление властей. В Петербурге эта инициатива получила развитие благодаря таким энтузиастам, как Дмитриев. В декабре 1905 года он выступил с докладом о необходимости создания Городского народного университета, а затем участвовал в разработке его устава. В октябре 1906 года Общество было официально зарегистрировано, и в первый же год начались занятия.

Советский период

После революции в доме № 16 в 1917–1918 годах размещалось убежище для инвалидов, а с 1936 года здание стало жилым и сохраняет этот статус до сих пор.